Доклад Института Царьграда («Образ будущего. Россия – 2050»): Консервативный проект под руководством К. Малофеева, представленный в РАНХиГС. Он предлагает деурбанизированную модель расселения крупных мегаполисов, переход к малоэтажной пригородной России, возрождение порядка 900 малых городов и рост населения за счет многодетных семей (до 160 млн человек к 2050 году), экономический прорыв, опирающийся на планово-рыночную экономику и многое другое…
В начале доклада авторы заложили основу своих тезисов, опирающуюся на Бога, а именно: «Давая нашей стране особую миссию, Бог дал нам все необходимое для ее выполнения».
В это непростое время для страны я во многом поддерживаю риторику Царьград института: и антизападную политику, и политику СВО. Но когда речь заходит о духовной составляющей экономики, я с уважением заявляю, что большинство русских православных священников, включая тех, кто в основном поддерживает Царьград, согласятся со мной в том, что:
(i) Невозможно понять «особую миссию» России без понимания духовного феномена «соборности»;
(ii) «Соборность», которая все еще существует в российском обществе, хотя и в менее осязаемой форме, чем в эпоху Святой Руси, значительно уменьшилась с 1991 года;
(iii) В плане Царьграда «Будущее 2050» нет даже идеи восстановить «соборность» в российском обществе до уровня 1991 года, не говоря уже о качестве, в котором она существовала в «Святой Руси» — напротив, неизбежным следствием предложенного Царьградом «взрывного роста» потребительского капитализма «свободного рынка», движимого робототехникой и ИИ, станет дальнейшая деградация того, что осталось от «соборности» в повседневной жизни;
(iv) Если бы план Царьграда был действительно реализован, то «всемирное православие», «защитником» которого он предлагает сделать Россию, стало бы более-менее неотличимо от еретического «православного индивидуализма» Вселенского патриарха Варфоломея.
(а). Что же именно представляет собой «особая миссия» России?
«Понять прошлое и настоящее России, не учитывая её православные основы, невозможно, поскольку на определённом историческом этапе народ и церковь слились воедино. И только среди русских эти два понятия едины». В.В. Розанов (96)
Ключевой вопрос, который должны задать себе русские, — «что же именно представляет собой наша «особая миссия»?!
Я думаю, среди русских почти повсеместно будет преобладать мнение, что «нам не нужен какой-то американец, чтобы рассказывать нам о православии». И всё же, по иронии судьбы, именно моё американское происхождение позволяет мне ясно видеть разницу между «православным индивидуализмом» Варфоломея и священной «соборностью русского мира». Я был свидетелем изнутри духовной катастрофы, которую американцы сами себе причинили своим «экономическим чудом Рейгана» под мантией «христианства». «Америка, Бог Свою благодать дал тебе», — часто напоминали нам, когда общество превращалось в духовную пустыню. Я бежал из этой пустыни. Сейчас я живу в России. И могу подтвердить, что здесь мне даётся бесконечно легче созидание себя, как православного христианина, чем в США.
Поэтому, несмотря на то, что я иностранец, я предлагаю русскому обществу утверждение, что «особая миссия Росси» — БЫТЬ современным аналогом «Святой Руси», то есть обществом, основополагающим принципом которого является «соборность». Только в таком обществе даже небольшой процент населения, регулярно посещающий таинство Евхаристии, может служить «мерой закваски, которая поднимает все». (Обсуждалось в посте 17. «Эффект „меры дрожжей“».)
Царьградская же версия «особой миссии» России представляется мне в точности такой, какой её описывает патриарх Варфоломей — просто национализм, прикрывающийся православием, не стремящийся на самом деле БЫТЬ Мистическим Телом Христовым. Царьградскую версию «особой миссии» легко принимают многие люди, которые сами даже не являются верующими и чьи стремления носят преимущественно материальный, а не духовный характер — включая, я думаю, многих руководителей предприятий, таких как один мой старый друг, который открыто исповедует атеизм, но носит крест и любит крестные хода.
Если поддержка «специальной миссии» в России уподобиться поддержке христианской государственной церкви в Дании, где 57% населения являются её членами, но на самом деле не верят в «божественную силу» (97), это будет означать, что коллективная «любовь русского народа» (если она вообще сохранится) станет подобна коллективной «любви датского народа», чем-то вроде: «промахнулся мимо цели», лишённым таинственного и глубокого качества «соборности».
Из-за полного пренебрежения воспитанием «соборности» план Царьграда «Будущее 2050» поставит Россию на путь, который сделает её НЕ «защитником всемирного православия», а всего лишь «партнёром» во «всемирном православном индивидуализме».
(б). Что же именно представляет собой «новая экономика» Царьграда?
«Нам необходимо понимать, что современный ка- питализм на территории России основан не на православном миропонимании, а на миропо- нимании индивидуалистическом, протестантском, или на той его форме, которая была выра- ботана в недрах европейского католицизма». Архимандрит Иероним Тестин (98)
Полный доклад Царьграда содержит 18 823 слова, где нет места слову «соборность». Вместо этого их внимание сосредоточено на «крепкой, большой семье как опоре общества и государства». Это то, что несомненно с готовностью поддержат и атеистически настроенные русские националисты, носящие кресты.
«Новая экономика» Царьграда планируется государством и одновременно основана на рыночных принципах, включая как государственные, так и частные предприятия. Ее заявленная цель — взрывной потребительский «экономический рост», основанный на «рыночных принципах» и «частной собственности» (т. е. «пирамиде капитала», которая в настоящее время находится под доминированием еврейских олигархов).
Западные, индивидуалистические принципы «свободных рынков», обслуживаемых «пирамидой капитала», были насильственно внедрены в российское общество в 1990-х годах. В конечном счете, это проявления знаменитого принципа, впервые сформулированного Адамом Смитом, — что стремление индивидов к материальной выгоде в конечном итоге приводит к максимальной пользе для общества, как если бы оно направлялось «невидимой рукой». (Заметьте. Никогда не высказывалось предположений, что «невидимая рука» — это Святой Дух.) Этот подход, в конечном счете, по своей природе индивидуалистичен и наконец способствовал антисоборным тенденциям в российском обществе.
Царьград призывает эту «невидимую руку» править «Святой Русью». Их предпосылка, возможно, не ошибочна: максимизация материальной отдачи для вершины «пирамиды капитала» увеличивает материальные блага масс. Однако возникают вопросы: каков характер этих материальных благ и какой духовной ценой они достигаются? Россиянам следует обратить внимание на трагический пример Америки и на то, что с ней произошло после того, как они полностью отдали себя «невидимой руке», преследуя лишь цель «экономического роста» в условиях «экономического чуда». Они, можно сказать, продали первородство за чечевичную похлебку из «экономического чуда Рейгана». (Обсуждалось в посте 18. «Удаление дефиса из слова „христианин-сатанист“»).
Стоит задуматься, ни высокомерно ли полагать, что стремление к взрывному «экономическому росту» в условиях уже «царьградского экономического чуда» ни окажется духовно разрушительным просто потому, что Россия считает себя «защитником» «всемирного православия». В США и на всём Западе именно это стремление привело к механическому образу жизни в условиях «механического капитализма», который в конечном итоге оказался сатанинским по своей природе. Это была самонанесённая духовная трагедия. Что привело в протестантской среде к тому, что я называю «христианским сатанизмом». А американские православные в подавляющем большинстве являются приверженцами «православного индивидуализма» Варфоломея. (Обсуждалось в посте 18. «Удаление дефиса из слова «христианин-сатанист».)
В американском обществе нет даже намёка на явление «соборности». И то чувство «общности», которое когда-то было у американцев, по общему признанию, значительно ослабло с 1980 года при «экономическом чуде». (99) Аналогично, в России с 1992 года, при западных индивидуалистических принципах потребительски ориентированных «свободных рынков», управляемых «невидимой рукой», «соборность» заметно ослабла, и многие россияне сегодня не верят, что она вообще продолжает существовать. (Однако они ошибаются в этом, как я могу засвидетельствовать, глядя на это «глазами иностранца»).
Русские атеисты националисты с крестами и большими семьями не помогут делу «Святой Руси», как бы успешно они ни добились «царьградского экономического чуда» — «тайну самобытной и великой России … заключается в глубокой и истиной вере». (100).
Пожалуй, наиболее тревожным аспектом предлагаемой «царьградской экономики» является «рынок труда». Это РЫНОК «времени» и «работников» в рамках западной модели «пирамиды капитала», где «время — деньги». В двух словах, это жизнь рабочего под властью «невидимой руки»: они обменивают свое «время» (которое является всем, что у них есть в их короткой жизни) на «пирамиду капитала», чтобы иметь возможность оплачивать этой «пирамиде капитала» жилье, обучение детей, культурные мероприятия, медицинское обслуживание и так далее. Эта жизнь под властью «невидимой руки» полностью противоречит подходу к «труду», который бытовал в «Святой Руси»: где «Целость бытия человека и проявление его как личности с наибольшей полнотой выражаются в труде. Отношение к труду рассматривалось через соборное единение на религиозном уровне.» (100).
Возникает вопрос: зачем вообще говорить от имени «Святой Руси», кто ХОЧЕТ продолжить, надеюсь, недолговечное правление «невидимой руки» в России?
Мы увидели плоды этого «невидимой руки». В упадке соборности. В системе образования. В правовой системе. В системе здравоохранения. В погоне за самой основной, фундаментальной человеческой потребностью — жильём. В торговых центрах и торговых площадках западного типа и непрекращающемся восхвалении эгоизма и потребления. В телевизионной культуре, которая, за очень немногими исключениями, в точности имитирует свой западный аналог (и столь же отвратительна).
Название блога, «Атлант споткнулся», — это пародия на книгу «Атлант расправил плечи». Автор книги родилась в России, убеждённая атеистка, и американская писательница Айн Рэнд. Её работа была воспринята с неким «религиозным рвением» архитекторами «экономического чуда Рейгана» в США, которых я называю «христианами-сатанистами». Наряду со своей работой «Добродетель эгоизма: новая концепция эгоизма», Рэнд известна цитатой, которая помогла подстегнуть американский «культ индивидуализма» к безумному «экономическому росту»: «Фашизм, нацизм, коммунизм и социализм — лишь поверхностные вариации одной и той же чудовищной темы: коллективизма».
Здесь я с уважением утверждаю, что вывод очевиден: «соборность» и «власть невидимой руки» — это по своей сути противоречивые цели.
Вопрос о том, КАК восполнить угасающую «соборность» России, отнюдь не прост. Дискуссия о будущем России будет очень «острой», как отметил известный социолог Р.К. Симонян в своих комментариях, опубликованных к 30-летию российских «рыночных» реформ: «Для движения вперед необходим тщательный анализ, каким бы горьким и оскорбительным он ни был. Мы не должны приписывать свои ошибки историческому наследию, глобальным тенденциям, враждебной среде и так далее. Чтобы начать процесс исцеления, нам необходима точная диагностика болезни и ее источника. Необходим полный социальный анализ последних 30 лет; в противном случае лечение будет неверным и, следовательно, бессмысленным». (101)
И более того, ответ на вопрос, что же представляет собой «государство», которое будет «планировать» «новую экономику» Царя, – остаётся весьма неясным. Нынешняя российская конституция, принятая после падения коммунистов, во многом копирует западные принципы.
После американской революции первая американская конституция, по общему мнению, потерпела неудачу. Поэтому был созван конвент для разработки новой. Американская Конституция в итоге родилась в результате компромисса между двумя враждующими лагерями. Это позволило создать систему стабильного управления, которая процветала в течение многих лет.
(в). Отказ от «Экономики Смерти» и обращение к «Экономике Жизни».
«Духовный подход к экономике предполагает аскетизм, обуздание жажды жизни. А если народы желают духовного возрождения, им придётся встать на путь аскетического самоограничения и одухотворения экономической жизни». Сергей Булгаков (101)
Поступательно под властью «невидимой руки» «экономическое чудо Рейгана» и его сатанинская система «механического капитализма» создали в США то, что я называю «Экономикой Смерти». (Обсуждалось в посте 19. Авангард «Экономики Жизни» – «Союз Тружеников в Экономическом Теле России».) Такая экономика побуждает «потребителя» закармливать своё ЭГО (тем самым увеличивая продажи). И в результате человек становится рабом своего эго, вместо того чтобы бороться за освобождение от него. Человек по своей природе сотворец Творца! Но это «Экономикой Смерти» не ведёт к творчеству, а значит не может удовлетворять. Это приводит к разрушению единства человека (гармонии духа, души и тела), тем самым препятствуя тринитарному («возлюби ближнего»), общению с другими (что в конечном итоге является источником «соборности»).
Я не думаю, что нечто, напоминающее «царьградское экономическое чудо», действительно произойдет, т.к. нарастающий крах «экономического чуда Рейгана» также сильно повлияет на экономику России. Грядущий спад в российской экономике следует рассматривать не как катастрофу, а скорее как возможность перенаправить траекторию к «Святой Руси». Западная «Экономика Смерти» должна быть отвергнута. Если Россия серьезно относится к своей «особой миссии», ей следует обратиться к «Экономике Жизни», предложенной в 1912 году русским богословом Сергеем Булгаковым в его «Философии хозяйства» (101).
Булгаков рассматривает мир как непрерывно развивающееся воплощение созидания Творца. Он представляет «экономику» как процесс, посредством которого жизнь на земле защищается и развивается — жизнь, инициированная Творцом, даровавшим «свободную волю» человечеку. В православной христианской «Экономике жизни» Булгакова общество рассматривается как живой и развивающийся организм. Грешники, стремящиеся стать православными христианами, живут и развиваются как личности внутри этого организма, питаясь любовью Творца, которую активно ищут и активно передают своим ближним через таинственное явление «соборности». Критической, определяющей чертой «Экономики жизни» является то, что трудящиеся ведут духовно богатую жизнь. В идеале они выполняют свой труд как часть своей жизни, участвуя в нем с радостью, поддерживаемые контекстом «соборности», а не из жалкого рабства «пирамиде капитала» под властью «невидимой руки».
Работа Булгакова задумывалась как православный христианский контраргумент марксизму. Его принципы «Экономики жизни» ещё не получили возможности «прижиться» в России (или где угодно, если уж на то пошло). Никто не может предсказать, к чему это приведёт — это по определению «незавершённый труд», развитие живого организма, который сознательно ищет и процветает в любви Творца, постоянно изливающейся на нас.
Что касается «частной собственности», Булгаков не выступал против неё в той мере, в какой её использование соответствовало поддержанию «соборности» (102):
«Хорошо известно, что раннехристианская литература, а также Отцы Церкви и святые содержат суровые осуждения частной собственности… Однако при более внимательном рассмотрении можно увидеть, что вся сила этих осуждений относится не столько к собственности, сколько к собственникам, которые осуждаются за свой эгоизм и бессердечность в использовании своей собственности. От собственников требуется вести себя определённым образом — а именно, оказывать благотворительную помощь бедным и, в целом, использовать своё богатство полезно и мудро, вплоть до полного отказа от собственности во имя Христа. Поэтому вопрос о формах собственности для христианства становится вопросом чистой целесообразности, но лишён фундаментальной актуальности, присущей социализму. Не следует полностью погружаться в экономику, позволяя себе подчиняться её инстинктам, но, насколько это возможно, живя в рамках экономики, необходимо осуществлять свою свободу в «Отношение к нему, подчинение его религиозным и этическим нормам».
(г) Альтернативная версия государственных программ «Реиндустриализация России» и «Собственный дом».
«Мы должны исполнять заповеди — все до единой. Но у нас нет к этому естественного желания, рвения и усердия.» Святитель Феофан Затворник (103)
Русское общество в духовном плане имеет несравнимо большее преимущество перед американским — так как имеет остатки «соборности».
Исполнение Христовой заповеди «возлюби ближнего своего, как самого себя» — сочетает в себе как духовную, так и ФИЗИЧЕСКУЮ работу. Эту работу гораздо легче выполнять в социальном контексте «соборности», так она самоутверждается и обеспечивает «тягу» для «эффекта дрожжей». Русские еще не страдают от фундаментальной духовной болезни, которая поразила американцев, придерживающихся принципа «каждый сам за себя»/«каждая семья сама за себя». (Обсуждалось в 22. «„Чувство личного пространства“ — фундаментальная духовная болезнь американцев».) Но принцип очень прост: чем дальше вы изолируете людей друг от друга, тем сильнее будет тенденция к рассеиванию «соборности».
Царьградская концепция предполагает создание России будущего, которая будет похожа на современную Америку — культура, основанная на личном автомобиле, с пригородным домом на одну семью. Как православный «беженец» из этой культуры, я считаю ошибочным утверждение, что «мы должны дать среднестатистическому россиянину то, чего он хочет, а именно — жить как американец». Большинство из нас знакомы по собственному духовному опыту с тем, когда ты не получал желаемого и позже понимал, что это было в твоих же интересах – с точки зрения нашего духовного развития.
В царском плане государство должно было инициировать две масштабные программы, которые стали бы центральными двигателями «экономического роста»: программу «Собственный дом», направленную на широкое распространение частных односемейных домов, и программу «Реиндустриализации России» со строительством современных заводов.
Эти же программы могли бы быть задуманы в альтернативном варианте, чтобы стать центральными элементами формирующейся российской «экономики жизни», призванной утверждать, а не разрушать «соборность» в обществе: каждый из предлагаемых новых заводов мог бы быть задуман и построен по новой модели «собственности» «Союзом Тружеников в Экономическом еле России». Каждый из предлагаемых новых односемейных домов мог бы предоставляться Союзом своим членам в кластерах, расположенных вокруг других общих объектов, предоставляемых Союзом, — например, православных школ, домов культуры, кафе, пекарен.
(д). Реализация предложенной президентом Путиным «ротации элит».
Александр Дугин из Царьградского института недавно опубликовал на своем Telegram-канале следующее:
«Иными словами, статус-кво достиг критической точки. Откладывать качественные и глубокие реформы больше нецелесообразно. Время идет. Статус-кво исчерпал свой потенциал. Теперь он стоит как стена, преграждая путь к будущему России.
Президент обозначил направление к этому будущему. Теперь вопрос сводится к одному довольно сложному моменту: как осуществить ротацию элит? У нас есть элиты статус-кво. Нам нужны элиты Победы, элиты цивилизационного государства. Очевидно, что элиты не хотят ротации. Они упрямятся. Они изо всех сил цепляются за статус-кво. Но время на исходе».
Нам всем следует быть благодарными, что «смена элит» еще не произошла, иначе Царьград мог бы уже давно направить Россию по ошибочному пути «православного индивидуализма».
И снова, несмотря на мой статус иностранца, я смиренно предлагаю, что в плане продвижения «особой миссии» России президент Путин может наиболее продуктивно осуществить «смену элит», предприняв конкретные шаги по отходу от власти «невидимой руки» к «Экономике Жизни» — например, поддержав движение за «Союз Тружеников в Экономическом Теле России».
Почему бы не сделать молодых офицеров, возвращающихся с фронта, «назначенными предпринимателями» для Союза?
(96) Розанов В.В. Труды в 2 томах, Том 2, с. 250.
(97) «Почему датчане и шведы такие нерелигиозные?», П. Цукерман (2009) Nordic Journal of Religion and Society 22(1):55.
(98) Тестин, Й. История экономики в Русской православной церкви до 1917 года, с. 147 (Этот источник доступен для скачивания с этого сайта в сообщении 19)
(99) Патнэм, Р. Боулинг в одиночестве: крах и возрождение американского сообщества, (2000) ISBN 978-0-7432-0304-3, Simon & Schuster USA
(100) Там же, примечание 98, с. 144
(101) Р.К. Симонян, Без гнева и предвзятости: реформы 1990-х годов и их последствия для России. Москва (2022), с. 362.
(102) Булгаков, С. Философия Хозяйства: мир как домашнее хозяйства, (1912) (английский перевод Кэтрин Евтуховой, Yale University Press, 2000)
(103) Булгаков, С. Основные мотивы экономической философии в платонизме и раннем христианстве. Москва, (1916)
(104) Святой Феофан Затворник, Путь к спасению, Часть третья, «Как проживается, созревает и укрепляется христианская жизнь», Глава четвертая, «Сохранение духа рвения к Богу».
Добавить комментарий