Здесь я излагаю свое мнение о практике православного христианства в трех различных обществах, в которых я жил: США, Дании и России, уделяя особое внимание знаменитой притче о закваске из Евангелия от Матфея 13:33. «Царство Небесное как закваска, которую женщина смешала с тремя мерами муки, чтобы вскисло всё тесто».
Господь широко использовал тему Царства небесного. В Евангелии от Луки 17:20 Он учит, что Царство Божье находится «внутри вас». И он, конечно же, имеет в виду Царство, к которому мы уже имеем доступ отсюда, через Него, в Мистическом Теле Христа. «Да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя яко на небеси́ и на земли́.»
Моя предпосылка заключается в том, что эффект «закваски» возникает, когда небольшая группа духовно активных христиан сознательно действует, чтобы БЫТЬ своей молитвой в обществе. Я думаю, что протестанты никогда не смогут по-настоящему понять эту притчу, потому что они не понимают, что невозможно поддерживать постоянную молитвенность как образ жизни, если в процессе этого вы не «возлюби ближнего своего, как самого себя» в обществе. Однако православные понимают это и проявляют эффект «мера закваски», принося в общество любовь Творца, которую они получают благодаря своей молитве.
«Социальной ткани» общества, таким образом, критически определяет, в какой степени усилия человека БЫТЬ своей молитвой проявляют эффект «закваски». Чем больше «духовного единства» и «молитвенности» в «социальной ткани», тем сильнее будет эффект «закваски».
В случае «подростковых» США современное общество представляет собой культуру потребления, в буквальном смысле культ индивидуализма, который активно прославляет, даже поклоняется, эго отдельных людей. «Поток» этого общества является “единым” только в контексте, где «человеческая личность превращена в безличный модуль потребительско-технологической системы». Такое общество по сути своей «бездуховно» и это особенно опасный, когда большинство потребителей – протестанты, живущие по упрощенному принципу «я верю, значит, я спасен». По моему опыту, чтобы БЫТЬ своей молитвой в США, требуются изнурительные усилия, чтобы «плыть против течения» в обществе. Даже если бы все американские православные христиане усердно делали это, это в лучшем случае могло бы иметь лишь очень незначительный эффект«закваски». Иными словами, «бездуховное» общество не обеспечьте тягу для эффекту«закваски». Поразительные 23% населения регулярно посещают протестантские службы (55). И всё же это никак не влияет на духовную «разобщённость» «культа индивидуализма» и даже порождает, на мой взгляд, опасное заблуждение, будто мир, обретаемый «плаванием по течению» в этом обществе, — это «мир Христов», который не от мира сего. Некоторые американские православные создали изолированные духовные анклавы, где прихожане живут от воскресенья до воскресенья, в частности, приходы Русской Зарубежной Церкви, из которой происходит святитель Иоанн Шанхайский. Они собираются «во Христе» внутри своего анклава, но затем «плывут против течения» в обществе. Но я бы сказал, что, к сожалению, подавляющее большинство американских православных приняли преимущественно протестантское общество и пытаются «плыть по его течению». Это порождает своего рода «православный индивидуализм», который по своей сути «разбавлен» и лишен какой-либо «закваски» – является просто разновидностью нового, усовершенствованного протестантизма.
Замечу попутно, что эволюция потребительской культуры в Дании и России движется в том же направлении, что и в США, и можно логически предсказать, что она будет иметь схожие конечные последствия для «социальной ткани» здесь, если не будут предприняты активные шаги по предотвращению этого.
В Дании долгая история жизни датчан под властью государственной христианской церкви оставила после себя стойкое культурное наследие тринитарного общения на социальном уровне. По состоянию на 2025 год датчане продолжают жить в обществе, где они действительно «возлюби своего датского ближнего, как самого себя». «Поток» этого общества действительно духовно объединён коллективной «любовью датского народа». Хотя следует отметить, что иностранцы неизбежно чувствуют отчуждение в этом обществе, поскольку та же духовная тенденция, которая объединяет датчан, «выталкивает» недатчан. В целом, это значительный прогресс по сравнению с американским «культом индивидуализма», но нельзя сказать, что он имеет какую-либо осознанную связь со Христом. Только 15% датчан продолжают верить в «божественную силу» (56). Таким образом, тринитарное общение датчан находится в том, что я называю «Мистическим Телом датчан», что, безусловно, не то же самое, что «Мистическое Тело Христа». Эта коллективная любовь питается не молитвой, а обыденными, материальными стремлениями откровенно атеистических людей. Мой хороший датский друг, бывший православный священник, говорит, что он активно старается держаться ВНЕ этого «тринитарного общения» из-за его атеистического характера. Таким образом, по крайней мере сейчас, чтобы БЫТЬ своей молитвой в этом контексте, православные в Дании также должны «плыть против течения» в обществе, фактически практикуя «православный изоляционизм» аналогично тому, что практикуется приходами РПЦЗ в США. И, соответственно, никакого заметного эффекта «закваски» не наблюдается. Однако, прожив в этом обществе 20 лет, могу с уверенностью заявить, что «плыть против течения», будучи своей молитвой, в этом обществе гораздо, гораздо легче, чем в США. Если бы датчане вернулись к своим христианским корням и сознательно стремились к объединению «во Христе», это могло бы стать великим и фактически православным обществом, несмотря на его лютеранское прошлое.
В России историческая тенденция к «соборность» в обществе не была уничтожена коммунистами и продолжает существовать. Хотя это не столь явное проявление принципа «возлюби ближнего своего, как самого себя», как выражаются датчане, оно глубоко укоренено в тринитарном общении во Христе. Раздельные миры «мужского» и «женского», определяемые плотскими страстями, тем не менее, объединены в «любви русского народа» способом, который очень близок или даже в точности напоминает «единство во Христе», достигаемое нами в «таинстве собрания». Таким образом, хотя отдельные мужчины и женщины могут не осознавать этого, все они черпают из питательного источника «соборность», который неразрывно связан со Христом, неиссякаемым источником любви Творца для нас. Более того, сейчас, спустя 34 года после падения коммунистов, 72% россиян идентифицируют себя как православные христиане, большинство из которых имеют иконы и в той или иной степени молитвенны. Лишь 7% регулярно участвуют в «таинстве собрания» (57). Но это классический контекст, в котором эффект «закваски» может быть очень велик. Я вижу это в своём собственном труде жить в мире и покаянии, и именно поэтому я решил жить в России как «духовный беженец» из Дании и США. Это единственная страна, в которой я когда-либо жил, где я могу работать, чтобы быть своей молитвой когда плыви по течению общества. Я регулярно участвую в том, что я называю «молитвенной прогулкой», где стараюсь БЫТЬ своей молитвой и «возлюбить ближнего своего, как самого себя» в потоке пешеходов на Невском проспекте. Конечно, мне приходится над этим работать, но обычно я могу достичь состояния, которое я называю «серединой» между раздельными мирами «мужского» и «женского», где я присутствую как моя молитва, исполненный любви к ближним и осознанно осознающий любовь Творца, изливающуюся на русский народ. Это внушает благоговение, как одна гигантская литургия. И, конечно же, чтобы достичь этой «серединой» и оставаться там, мне надо активно работать против своим эго и страсти плоти чтобый «возлюбить ближнего своего, как самого себя», что примерно то же самое, что мы делаем в самой литургии. Таким образом, пока «соборность» продолжает существовать в «социальной ткани», 7% постоянных участников «таинства собрания» могут оказывать чрезвычайно мощное воздействие, просто продолжая дело литургии «на улице», будучи уверенными в том, что «серединой» действительно существует и что сам акт «достижения ее» это акт БЫТИЯ «мерой закваски».
(55) «Упадок христианства в США замедлился, возможно, стабилизировался», Исследовательский центр Pew, февраль 2025 г., Communication 202.419.4372 (на английском языке)
(56) «Почему датчане и шведы такие нерелигиозные?», П. Цукерман (2009) Nordic Journal of Religion and Society 22(1):55.
(57) «Русские возвращаются к религии, но не к церкви», Исследовательский центр Pew, февраль 2014 г., сообщение 202.419.4562
ССЫЛКА НА ВИДЕО НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ
https://rutube.ru/video/private/c85f3ae402fbaf70e39a3ab103de3120/?p=g85-nWhmhA1cp63aENO1HQ
Добавить комментарий